Основатель семейства Ротшильдов, Майер Амшель, родился во Франкфурте-на-Майне 23 февраля 1744 года.

Можно с полным правом утверждать, что богатства семьи Ротшильдов выросли на обычном мусоре. И что произошло это благодаря тому, что Майер Амшель не пошел по дорожке, проторенной множеством евреев до него, в том числе и Моше с Кальманом – его братьями. Которые были старьевщиками, то есть, торговали старой одеждой и старой хозяйственной утварью.

А что делать, говорили они, если евреям запрещалось заниматься сельским хозяйством, ремеслами, и даже продажей таких товаров, как шелк, оружие или свежие фрукты…

Майер же – под ухмылки своих братьев — начал собирать на свалке, или скупать по дешевке вышедшие из обращения монеты, выброшенные медали, эмблемы со старинных рыцарских доспехов и щитов, придавать им товарный вид. Динары и талеры, потускневшие от времени русские, баварские, римские монеты – он их рассматривал, исследовал, писал к ним аннотации. Которые позже преобразовались в каталоги, выписанные изощренным готическим шрифтом.


И они Майеру пригодились, когда внутренний голос – успеха можно достичь лишь около людей, облеченных властью, в «сумеречной зоне» – нашептал ему верный маршрут.

Который привел его в дом бывшего работодателя в Ганновере, генерала фон Эшторфа, регулярно посещавшего покои принца Вильгельма Гессенского. И начиная с этого дома Майер потихоньку пошел вверх.

Правда на этом начальном рубеже Майеру Амшелю, а потом — и его сыновьям, приходилось постоянно кланяться сильным мира того, заискивать перед ними.

Как и в случае с генералом. Который соблаговолил вспомнить Майера, а придворные друзья генерала, как ни странно, проявили интерес к старинным монетам и редким вещицам.

Произошло это в немалой степени и потому, что Майер не только бесконечно рассказывал им о своих нумизматических изысканиях, но и являл собою ансамбль песни и пляски в одном лице. Пританцовывал, воспроизводя мелодии гетто, а вельможи в это время листали каталоги, изобиловавшие литературными и каллиграфическими изысками автора.

И в конце концов стали покупать эту «рухлядь».

Вдохновленный Майер начал рассылать свои причудливо разрисованные каталоги всем царствующим особам прилегающих земель, предлагая поставки своего «товара». И в этих сопроводительных письмах тоже приходилось пресмыкаться, подлизываться.

Однажды Майер Амшель удостоился аудиенции самого принца Вильгельма. Его высочество только что успешно завершил шахматную партию и находился в приподнятом расположении духа… Он купил у Майера целую пригоршню редких монет и медалей. Это была первая сделка, заключенная Майером Бауэром / Ротшильдом с главой государства.

Он вернулся на еврейскую улицу с ощущением триумфа, но был по-прежнему беден.

Поэтому он учредил в одном из домов на Посудной улице, так сказать, пункт обмена валюты, а по сути – банк, где обменивались разнообразные денежные знаки, имевшие хождение в различных немецких землях. Ярмарки, проходившие во Франкфурте, привлекали в город дукаты, флорины и прочую валюту из самых различных городов. И на разнице в их рыночной стоимости Майеру удавалось получать более или менее стабильный доход.

Однако Майер желал большего. И он снова отказался от проторенного пути. Доходы от меняльной конторы Майер инвестировал отнюдь не в расширение этого бизнеса, хотя тот и был основным источником его доходов. Вопреки логике Ротшильд продолжал вкладывать деньги в «нумизматический» бизнес.

Майер скупил несколько коллекций по бросовым ценам. Ему удалось завязать знакомство с герцогом Карлом-Августом Веймарским, покровителем Гете, а также найти других влиятельных «клиентов», покупавших его раритеты по невысоким ценам. Он продолжал свое дело, периодически возвращаясь к своему первому покупателю, принцу Вильгельму, – и был доволен собой.

Как он заботился о своих каталогах! С какой тщательностью он печатал их, используя изощренный готический шрифт. Как он проверял и перепроверял заголовки на титульных листах, как внимательно работал над каждой фразой, стиль которых даже в те времена выглядел причудливым и архаичным. Он был похож на талмудиста, который пишет книгу своей жизни.

И как это ни удивительно, наступил день – это было 21 сентября 1769 года (то есть, Майеру – около 25 лет), – когда взорам жителей одного из бедных кварталов Еврейской улицы предстало нечто весьма любопытное. Некий сутулый молодой человек с черной бородой прибивал вывеску на одном из домов Посудной улицы. На вывеске был изображен герб земли Гессен-Ханау, а ниже шел текст следующего содержания: «М.А. Ротшильд, официальный придворный торговый агент Его Высочества принца Уильяма Гессенского».

Мортон, Фредерик, «Ротшильды. История династии могущественных финансистов». – М.: ЗАО Центрполиграф, 2010